Стиль — это результат ограничений.
Стиль — это результат ограничений.
Только страсти могут поднять человека над уровнем животного.
Только страсти могут поднять человека над уровнем животного.
Бог существует, поскольку математика непротиворечива, а Дьявол существует, поскольку мы не можем это доказать.
Бог существует, поскольку математика непротиворечива, а Дьявол существует, поскольку мы не можем это доказать.
Как вы можете спасать мирян, когда приписываете изображениям силу, которую Бог дал только своему слову?
Как вы можете спасать мирян, когда приписываете изображениям силу, которую Бог дал только своему слову?
В несчастьях наших лучших друзей мы всегда находим что-то приятное.
В несчастьях наших лучших друзей мы всегда находим что-то приятное.
Анархисты всегда скептически относились к марксизму, потому что марксизм был модернистской идеологией.
Анархисты всегда скептически относились к марксизму, потому что марксизм был модернистской идеологией.
Рассуждать с помощью неудачно подобранных слов — все равно что пользоваться весами с неточным весом.
Рассуждать с помощью неудачно подобранных слов — все равно что пользоваться весами с неточным весом.
Будущее Европы, если таковая вообще будет, находится на Балканах, а не наоборот.
Будущее Европы, если таковая вообще будет, находится на Балканах, а не наоборот.
Человек не может освободиться от прошлого легче, чем от своего собственного тела.
Человек не может освободиться от прошлого легче, чем от своего собственного тела.
Легко лгать, опираясь на статистику. Без нее трудно говорить правду.
Легко лгать, опираясь на статистику. Без нее трудно говорить правду.